Замысел и его воплощение свидетельствуют об авторе и его разуме, точно так же, как равномерный ход моих часов — о конструкторе. И если человек, запуская искусственный спутник на околоземную орбиту, монтирует в нем 40000 сложнейших деталей, то осмелится ли кто-нибудь хотя бы предположить, что постоянная и точная орбита Земли или звезд — случайность?

Давид говорит: «Словом Господа сотворены небеса, и духом уст Его — все воинство их… Ибо Он сказал, — и сделалось; Он повелел, — и явилось» (Пс. 32:6,9). Сегодня, как никогда, эти слова являются непреложной истиной. Ибо чем глубже человеческий ум проникает в тайну неба и тайну жизни, тем отчетливее прослеживается целесообразность и запланированность, а не простая случайность или хаос.

Со словами Давида согласуется высказывание Эдвина Конклина, ученого-биолога из Принстонского университета, который сказал: «Вероятность возникновения жизни по воле случая можно сравнить с вероятностью появления полного словаря в результате взрыва в типографии».

Простое, но удачное сравнение!

Минуя первые космические границы — окрестности нашей солнечной системы,— мы попадаем в скопления гигантских солнц, например, в созвездие Геркулеса, которое состоит примерно из 100000 светил. Наблюдать за этим созвездием в телескоп — необыкновенное, удовольствие. Эти светила кажутся сияющими бриллиантами на мягком бархате. Приблизив их с помощью более мощного телескопа, мы обнаруживаем, что каждая светящаяся точка представляет собой гигантское Солнце, подобное нашему.

Сначала может показаться, что эти огромные светила расположены настолько близко друг к. другу, что планеты не смогут вращаться вокруг них по своим орбитам. Но еще более приблизившись к ним, мы обнаруживаем, что расстояние между двумя ближайшими солнцами этого скопления превышает одиннадцать триллионов километров.